На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Смехотерапия

21 696 подписчиков

Свежие комментарии

Ничего, мы ещё поживём

Когда именно эта лохматая кошка появилась в их дворе, никто из жильцов не помнил. Слишком скрытный образ жизни вела в целом красивая, но грязная и худая бродяга. Осталось в памяти только время года - весна.

Кошку подкармливала какая-то девушка, худо-бедно заботилась о ней: в холода открывала дверь в подвал, если она не была заперта, выделяла для подстилки старые вещи и один раз даже помазала зеленкой порезанную лапу.

Так она и жила. Безмолвная и незаметная, как тень...

Однажды кошка увидела, как из подъезда её благодетельницу в длинном белом платье и цветочками в волосах вынес на руках нарядный мужчина. Вокруг были люди, они смеялись и хлопали в ладоши. Потом все сели в машины с ленточками и уехали.

С тех пор девушка больше не приходила.

Голод не тетка, и кошка, рискуя жизнью, повадилась ходить по ночам на мусорку. В это время там обычно никого не было, и можно что-нибудь подобрать после пиршеств, устраиваемых бездомными собаками.

Главным было не нарваться на вечно злых и голодных псов. Так она и выживала.

Пока, как нарочно, не начались на редкость лютые морозы, а новый дворник не выгнал её из подвала и не начал постоянно запирать дверь на замок.

Не зная, куда деваться от стужи, кошка пробиралась в подъезды, но ей отчаянно не везло. Жильцы не желали такого соседства и безжалостно, случалось и с побоями, выгоняли бродяжку на улицу, не позволяя погреться.

Первой увидела кошку живущая на втором этаже Елизавета Степановна, а попросту тетя Лиза, вышедшая из квартиры, чтобы проверить почтовый ящик. Должны были принести квиток за коммуналку. Тетя Лиза была женщиной строгой, но справедливой.

При возникающих иногда конфликтах, что неизменно случается в многоквартирных домах, где интересы жильцов, мягко говоря, не всегда совпадают, Елизавета Степановна не ходила вокруг да около, а резала правду-матку прямо в лицо, восстанавливая справедливость.

За эти качества её уважали не только жильцы дома, но и всего большого двора. Даже годами закаленные бюрократы из местного ЖКХ предпочитали не связываться с правдолюбкой, называя за глаза скандалисткой.

Женщину это нисколько не заботило - пусть злобствуют, но работают, как следует.

Обледеневшая беспризорница, незаметно проскочившая в их подъезд вместе с входящими жильцами, сидела тихо, как мышь, забившись в угол лестничной площадки, поближе к чуть теплой батарее.

- Да вижу тебя, вижу, не прячься. И чего это тебя в наш подъезд занесло? Замерзла, да голодная небось? - заворчала тетя Лиза.

Кошка, подняв голову, виновато смотрела на пожилую женщину, переступая еще немыми от мороза лапками в лужице от начавшей оттаивать ледяной корки на шубке. Мол, виновата, бывает, вы уж извиняйте.

- Ну что с тобой делать прикажешь? Ладно, погоди...

Тетя Лиза хорошо знала и помнила, что такое голод. Шаркая ногами, которые так и болели после пережитой страшной блокады, она пошла назад в квартиру.

Вскоре вышла с эмалированной мисочкой, пластиковым контейнером с водой и старым, подъеденным молью за долгие годы эксплуатации, но все еще теплым шерстяным жилетом.

- На-ка вот, поешь. Эх, ты, горе-горькое, не спеши, не отниму, - вздыхала тетя Лиза, глядя, как кошка, давясь, жадно заглатывает гречку с печенкой.

Постелив жакет, она, задумавшись, ушла, забыв о квитанции в почтовом ящике...

Впервые за долгое время скитаний наевшаяся до отвала кошка, сделав свое собственное умозаключение, решила, что этот темный уголок с мягкой подстилкой и есть её настоящий дом, а суровая с виду, но очень добрая женщина - её хозяйка.

Чтобы не разочаровать свою хозяйку и снова не оказаться на улице, как это случалось в других подъездах, пушистая беспризорница вела себя, как домашняя аккуратная кошка, которой была когда-то. Тетя Лиза назвала её Машей.

Семейная пара Пастуховых с третьего этажа была недовольны появлением в подъезде новой обитательницы.

- Что это ещё здесь за зоопарк появился? - широко расставив ноги в теплой добротной обуви, запальчиво начал проходящий мимо с супругой дородный Эдуард Альбертович Пастухов, остановившись возле тети Лизы, кормившей кошку.

Его жена, закутанная в дорогую шубу, закатила глаза и демонстративно зажала нос никогда не знавшими работы пальчиками, унизанными золотыми кольцами.

- Эдик, от этой кошки так воняет. Почему она здесь?

- Выкинуть вон! - распорядился сосед.

Тетя Лиза выпрямилась и молча смотрела на него.

- Вы что, Елизавета Степановна, плохо слышите? Убрать немедленно эту кошку из подъезда!

- Почему я должна выгонять её на мороз? Она никому не мешает. Никуда эта кошка не пойдет, а останется здесь!

- Ну, что ж, отлично! Тогда я сейчас же позвоню участковому, в СЭС и в жилконтору. Пусть вас оштрафуют, а её отвезут на утилизацию. Подъезд - общественное место, между прочим, и не вам им распоряжаться. Понятно?

- Хорошо, тогда я прямо сейчас пойду в ОБХСС. Пусть там разберутся, почему простой заведующий продуктовым складом с обычной зарплатой каждый день привозит с работы полные сумки дефицитных продуктов и живет не по карману, на широкую ногу. Все соседи подтвердят. Тогда посмотрим, кого уберут и куда. Только попробуйте тронуть кошку!

Покровительство тети Лизы сыграло свою роль. Кошку не тронули. Пастуховы проходили мимо неё, не замечая, словно её и нет.

Даже их задиристый, имевший очень грозный вид ризеншнауцер Гога, проявлял к ней снисхождение и, гордо подняв голову, спокойно шествовал мимо пугавшейся его Маши.

Беспокойств кошка никому не доставляла, и через пару недель к ней все привыкли. И все же Елизавета Степановна, имея за плечами богатый жизненный опыт, отчетливо понимала, что такое проживание для неё небезопасно.

Несмотря на то, что умная спокойная Маша подходила только к ней, она оставалась всего лишь бездомной кошкой, с которой может случиться все, что угодно...

Пожилая женщина стала подумывать забрать кошку домой. Только Маша почему-то не решалась идти в квартиру, довольствуясь уголком в подъезде.

Она сторонилась любой открытой двери, кроме подъездной. Видно, произошло что-то очень плохое в её жизни, заставляя бояться человеческого жилища.

Пожилая женщина терпеливо ждала, когда полюбившаяся ей кошка, начавшая уже встречать у ступеней, окончательно привыкнет и сама придет в её дом.

Она не знала, что как только за ней закрывалась дверь, Маша, опасливо поднявшись по ступеням, подкрадывалась к ней и, затаив дыхание, слушала, что там поделывает её хозяйка...

Февральской ночью, когда злая зима уже готовилась уступить дорогу весне, гудя за окнами свои прощальные вьюжные песни, Елизавета Степановна проснулась в холодном поту и не могла вдохнуть в себя требуемую порцию воздуха.

Острая боль, рождающаяся в сердце, пронзая все тело, совершала круг за кругом. Не было сил дойти в прихожую до телефона, взять из аптечки лекарство, приподняться и даже кричать. Всё было как в тумане, не существовало ничего, только эта режущая боль.

Соседи проснулись от неистовых воплей Маши, разносившихся эхом по подъезду. Выйдя, они увидели, как всегда тихая спокойная кошка, вопя во всё горло, рвет в клочья дермантиновую обивку на двери Елизаветы Степановны.

Ничего не понимая, принялись звонить в дверь, но никто им не отозвался и не открыл...

Не обращая ни на кого внимания, Маша продолжала неистовствовать. Решили выбить дверь, но в этот момент с третьего этажа спустилась пожилая Нина Силантьевна.

- Не нужно, у меня есть ключ. Мы с Лизой давно договорились оставить ключи друг другу. Дело наше не молодое, мало ли что...

Дверь открыли и сразу же вызвали скорую. Маша сидела под кроватью своей хозяйки и жалобно мяукала. Тетю Лизу увезли в больницу.

У пожилой женщины не было никого из родственников, всех забрала блокада. Из большой семьи в живых осталась она одна - спас заводской паек, за который они сутками стояли у станков и тут же спали, валясь с ног от усталости и голода.

Её не забыли и не бросили. Соседи, с которыми она прожила рядом много лет, приходили проведать, приносили передачи. Каждый раз больная со слезами на глазах просила пришедшего:

- Вы уж там Машеньку мою сберегите, ради Бога. Покормите, да когда по своим делам выскочит, назад впустите, очень прошу. Как только выпишут, сразу заберу её к себе. Хватит ей мыкаться. Она же мне жизнь спасла.

Через три недели, мартовским утром, с кучей лекарств и рекомендаций тетя Лиза вернулась домой. В подъезде, на своем посту, почувствовав заранее возвращение хозяйки, её, волнуясь, ждала преданная Маша.

Женщина протянула к ней руки, и кошка с протяжным мяуканьем бросилась навстречу.

- Пойдем домой, Маша.

В квартиру они вошли вместе. Вечером, перед тем как лечь спать, тетя Лиза впервые взяла кошку на руки. Она замурчала и прижалась к хозяйке, уткнувшись носом в её байковый халат.

- Ничего, Маша, мы ещё поживём.

Автор НАТАЛИЯ С.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх